Если твоя кожа прозрачная - это еще не значит, что за ней не надо ухаживать. Да, никто не увидит ни морщинок, ни прыщей, ни волосков - но ведь можно не только смотреть, можно и трогать. Во многом своей популярностью среди мужского пола Кристалис была обязана именно тактильным ощущением. В абсолютно темной спальне женщина была не только не хуже, но и лучше многих женщин. Именно поэтому каждый божий день начинался для хозяйки хрустального дворца с многочисленных операций. Маски, эпиляции - все это она делала сама, потому что ни у кого больше не получалось. Только массаж ей делала другая женщина. Впрочем, дамы были знакомы уже не первый год, разумеется, ни о каком страхе и речи не шло.
-Ждете сегодня клиентов, мисс? они по привычке болтали во время процедур. Кристалис никогда сверх меры не рассказывала, а ее массажистка никогда не не задавала неправильных вопросов.

- Разумеется, жду. Как и всегда. Впрочем, ты небось уже читала газеты, да-да, кто знает, может, будет и наплыв клиентов.

Кристалис уже знала, кто наверняка придет к ней из-за исчезновений в парке среди бомжей. Там давно уже грызутся несколько диастор. Вот они и подойдут. А вот насчет того, нужны ли еще кому-то две знаменитости прошлого дня, Кристалис не была так уж уверена. Впрочем, ее работа - не рассуждать. Ее работа - аккуратно продавать информацию в надежные руки. Так что кто бы ни пришел, у хозяйки "дворца" всегда найдется что-нибудь свеженькое.

Во второй половине дня Кристалис почти не покидала главного зала своего клуба. А вот утром, наоборот, появлялась там лишь время от времени, и то не чтобы проверять и следить, а просто в извечной своей шпионской надежде - вдруг что интересное.
Посетителей в такое время всегда было либо очень мало, либо вообще ноль. Сегодня вот - один единственный посетитель, хотя, кто знает, может, кто-то уже скрылся в отдельных занавешенных "кабинках".
Здесь вам не "козырные тузы". Здесь хозяйка не будет особо церемониться и устраивать перед вами цирковое шоу. А щадить ваше чувство прекрасного - тем более.
А когда Кристалис подошла ближе, то поняла, что с этим посетителем, не только можно, но и нужно не церемониться. Джеймс Спектор ей не нравился. Ей в принципе не нравиились злые трусливые мужики. Простой злой мужик - еще куда ни шло, у него для этой злобы может быть веский повод. Но вот трусость... Кристалис сама была не робкого десятка, и другим эту слабость не прощала. А еще женщину порядком подбешивало то, что она, со всеми своими связями, так и не знает толком, что умеет Спектор. А ведь явно умеет, подлец. Но что именно - в упор не понять.
Впрочем, личные качества не имеют никакого значения во время деловой беседы. Кто знает, может, он пришел по делам, а не просто набраться виски с утра пораньше.

доброго утра, Джеймс. Кристалис присела к мужчине за стол. как говорится в одном английском анекдоте "Виски? В такую рань? Какой ужас!". По делу ко мне зашел, или просто стаканчик пропустить? Если ты не против, я присоединюсь.

Официант уже нес хозяйке немного вермута в бокале с оливкой.

Ты как всегда галантен.

-немного желчно, но меланхолично заметила Кристалис. Спектор был неисправим. Интересно, есть в этом мире хоть одна женщина, которая его любит? Ну, не считая матери, хотя и то не факт.
Женщина отпила немного вермута. Сквозь кожу можно было видеть, как жидкость течет по ее горлу.

здравствуй, новый день, здравствуй, моя любимая работа.

Кристалис наколола зубочисткой оливку, проглотила ее, выдерживая эффектную паузу, и только потом начала говорить.

Ну, скажем так, мне есть что рассказать по интересующему тебя вопросу. Но сначала, как всегда, надо договориться о цене. Обменяемся, или платишь?

"обменяться" на персональном сленге Кристалис означало поделиться информацией. За просто так она бы даже проходящей мимо старушке не подсказала, как пройти в библиотеку.
Услуги хозяйки "Хрустального Дворца" были весьма не дешевы, у Спектора таких деньжат никогда не водилось. Из чего женщина сделала вывод, что и в этот раз он ничего кроме информации ей не предложит. Но спросить на всякий пожарный нужно.
Еще один плюс прозрачной кожи - люди не видят твоих эмоций. Так что Кристалис спокойно могла скорчить презрительную гримаску. Ей не нравился Спектор, и женщина подумывала о том, не позавтракать ли в его присутствии. Зрелище это было то еще, и она часто так спроваживала нежеланных гостей.

Лицевые мышцы Кристалис задвигались под кожей, изображая легкое удивление.

хм, вообще-то, уже сам факт того, что у Спектора завелись деньги, можно считать весьма интересной новостью и соразмерной платой. Но если уж он хочет платить наличными... клиент всегда прав.

Сложность заключалась еще и в том, что женщина не располагала подробной информацией об этом самом Кузнечике. Разумеется, кое-что она знала, иногда у Кристалис создавалось ощущение, что она знает кое-что чуть ли ни о каждом жителе Нью-Йорка. Но сведения о Кузнечике уж точно не влетят Спектору в копеечку.
Правда, когда Джеймс озвучил вопрос, Кристалис сразу поскучнела. Пф, дело-то копеечное. Ну да с другой стороны, не он ее побеспокоил, сам за столик подсела. Значит, можно и сказать. Впрочем, брать деньги за такую мелочь - моветон.

оо, Джеймс, оставь-ка свои бабки при себе. Для меня такой вопрос - это все равно что "который час". Даже не знаю, сколько это по-моему прейскуранту. Баксов десять? Ладно, проехали. В общем, Кузнечика ты своего можешь найти хоть сегодня, наплывами с шести вечера и до двух-трех ночи, здесь недалеко, 12я улица, дом 25а. Он там постоянно вокруг где-то ходит, на одно месте долго не оседает.

В речи Кристалис забавно перемашались чопорное английское произношение и сленг негритянских гетто. А еще многие считали ее полуджокером-полутузом, потому что не верили, что у обычного человека может быть такая феноменальная память. И тем не менее, женщина была всего лишь джокером. И память у нее была отменная с раннего детства.

Больница им. Блайз ван Ренссэйлер --- Приемное отделение ------------>

Вилли не стеснялся, ходил и пырился на все вокруг себя, рассматривал и запоминал. Не каждый день везет попадать в подобные места. Клуб поражал. Поражал своей гротескностью и величием. Как-то однажды ему удалось одним глазом взглянуть на блестящее убранство "Козырных Тузов": позолоченная лепнина на потолке, шелковые скатерти, бархатные ковры - одним словом настоящий рай изящества и тонкого вкуса. "Хрустальный дворец" был зеркальным отражением, темной копией.
- Не переживайте, доктор, - Вилли безмятежно отмахнулся, присел за стол, не переставая оглядываться вокруг, - со мной это редко случается. Кажется при моем рождении кто-то забыл заткнуть во мне дыру в мироздании. Туда обычно все и проваливается.
Парень принял меню, быстро прошерстил глазами список и выбрал самое простое что нашел. Он никогда не был фанатом изысков. Так что обычного гамбургера ему хватало за глаза.
- И неужели вы думаете, что я собираюсь вас грабить? - репортер изобразил свою самую милую улыбку, отдал официанту меню и откинулся на спинку стула, закладывая руки за голову. - Люди не любят таких как я, но профиль у меня другой, могу вас заверить.
Вилли забарабанил пальцами по столешнице, рассматривая доктора. Нос все еще ныл и создавалось впечатление, что на лице у него разрастался синяк размером со среднюю дыню.
- А тут не так уж и многолюдно - он аккуратно дотронулся до переносицы. - Уф, и не так зловеще, как рассказывают. Даже уютненько так.
Он вообще хотел спросить доктора о многом, о Тузах, о его родной планете, о путешествиях в космосе...Обо всем том, о чем хотел узнать с самого детства. Только не знал с чего бы начать.

Тахион, в отличие от парня, назаказывал от всей души, чтобы весь стол уставить. Ибо завтрак уже перетекал в обед, и есть надо было за двоих, чтоб потом весь день скакать туда-сюда, да и курить на сытый желудок всегда приятнее, равно как и выпивать.
Тот невзрачный посетитель куда-то свалил, и доктору почему-то стало от этого немного легче. Как-то ему этот типчик не нравился, хоть и очень смутно.

- Хаха, вы милый, - усмехнулся он, отложив наконец меню и насмешливо глядя на журналиста. Одна тонкая рыжая бровь изогнулась и чуть поднялась вверх. - Какой у вас профиль я уже убедился - сначала нашкодить, а потом умудриться так все провернуть, что за эту шкодливость вас еще накормят и все равно сделают, как вы хотели. Ведь в итоге я сижу и говорю с вами, и скоро вы меня будете фотографировать, а я уже буду настолько сыт, вял и благодушен, что моих моральных ресурсов останется лишь на то, чтобы красиво позировать.

Что и говорить, на самом деле доктор был тщеславен до неприличия. Когда-то он еще хотел, чтобы его признали, оценили, поверили в то, что он делает, но каждая встреча с журналистами убеждала его все больше, что над ним либо потешаются, либо устраивают едкий допрос, и не столько стремятся понять его, сколько скомпрометировать и вывести из себя, чтобы потом написать, какой доктор Тахион злобный сноб.

Сидящий перед ним парень конечно же был пронырливой хитрюгой, но волн агрессии от него не исходило, так что разговор пока клеился. И Тахион даже был готов ответить на вопросы. Хотя, и сам был не прочь узнать ответы на кое-какие свои вопросы.

- Что вы хотели такого раскопать в моей клинике? Хотя бы для начала.

- Бойтесь меня! Я запомнил как на вас можно легко влиять, - Вилли хитро, но совсем не зло прищурился. Он вообще был любителем покорчить рожи. У него и получалось всяко не плохо. - Да ладно, у меня получаются не плохие фотографии. Я потом даже могу прислать вам копии, если хотите.

Ну да, этого у него было не отнять. Природная харизма и привлекательность располагали к нему даже самых черствых и бездушных сухарей, которые даже нищему копеечку не дают в церковный день. А когда надо, он мог и под наивного дурачка закосить. Правда к Тахиону у него все-равно было особое отношение. До того как он сам пошел работать в газету, он читал все заметки и большинство из них ему откровенно не нравились. И тогда он еще не понимал, почему журналисты как будто специально пишут про него всякие гадости, не удосуживаясь здраво оценить огромный вклад доктора в спасение пострадавших от вируса. Во многом именно этот фактор сыграл решающую роль в выборе профессии. Вилли хотелось написать такую статью, чтобы все предыдущие писаки утерлись, так сказать.

- Искал хоть какие-нибудь зацепки об одном дельце, - Вилли пожал плечами и присосался к стакану с кока-колой. - Читали утренний выпуск Нью-Йорк Таймс? Об этих исчезновениях в парке и таинственной черной тени. Так вот, я занимаюсь этим делом. До этого три дня безвылазно дежурил в парке, но ничего так и не нашел, никого не встретил. Босс требует с меня материал, а я как стоял на одном месте, так и стою. Короче полный порожняк. И вот я решил, вдруг в Джокертауне об этом что-нибудь знают, ведь кто-то предположил что "Тень" это либо туз, либо джокер.

Отредактировано Вильям Окренд (2009-12-01 14:09:15)

Умница-доктор в который раз не ударил в грязь лицом, и пригласил Кристалис к столу прежде, чем та сама решила подойти, избавив ее таким образом от необходимости быть навязчивой. Выросшая в условиях самых простых, женщина в своем заведении особенно ценила церемониал.
Договорив с барменом, она через несколько минут присоединилась к Тахиону и его собеседнику за обеденным столом.

доброго дня и приятного аппетита. Кристалис чарующе улыбнулась, хотя многих людей такой оскал начисто  лишил бы этого самого аппетита Буду очень рада к вам присоединиться. Представите мне своего спутника?

И женщина одарила паренька такой же голливудской улыбкой из фильма ужасов.  Подкрепиться она и правда была не прочь. Вставала Кристалис всегда рано, чтобы было время заняться собой, и часто на завтрак ограничивалась чашкой кофе. Поэтому к обеду ее аппетит как раз разгуливался. Диеты хозяйка "дворца" не любила. Ей больше по душе были физические упражнения - и веселее, и полезнее. Поэтому в еде она была истинным гурманом, и ни в чем себе не отказывала. В еде она, кстати, тоже была сторонницей проверенной временем классики.
Заказав себе хорошо прожаренный стейк с овощами, Кристалис снова обратилась к гостям.

Думаю, в плане напитков я последую Вашему примеру, доктор, и тоже остановлюсь на Бурбоне. Итак, с чем пожаловали - послушать, или же поговорить?

Каким бы галантным кавалером Тахион ни был, Кристалис насчет посетителей иллюзий не строила. Всем нужна прежде всего информация, и нет в этом ничего предосудительного. И уж кому-кому,  а доктору есть что рассказать ей в качестве платы.

Доктор прикрылся салфеткой, чтобы туда безнаказанно хихикать, наблюдая за тем, как журналист адаптируется к личности Кристалис. Правда, улыбку он конечно прикрыл, но насмешливые глаза, конечно, спрятать было некуда. Впрочем, и незачем.
В сущности, ничего в этом не было предосудительного, неподготовленным людям всегда было непросто сохранять хладнокровие рядом с хозяйкой Дворца.

Правильно, правильно мальчик, похвали ее безупречное произношение. Но не переборщи с подхалимажем, а то начнет издеваться. - Тахион честно хотел это просто подумать, но по переборщил с усилием и послал мальчику импульс телепатически. Поэтому тут же кашлянул и сделал вид, что поглощен едой, и вообще ничего такого не делал.

- Ну вот, мой спутник представился сам, даже не пришлось держать его за руку, - пошутил все-таки ехидный доктор, но разулыбался как можно более добродушно. - Да, это мой новый знакомый Вилли, шустрый малый, едва не накопал на меня страшного компромата в клинике, а теперь я его кормлю и вообще боюсь моргать, потому что мне кажется, что с каждым морганием он становится все ближе, и когда я проснусь на следующее утро, окажется, что я его уже усыновил.

Тахион отпил глоточек бурбона и склонил голову набок, глядя на Кристалис почти что кокетливо.

- Вы знаете, несравненная Кристалис, я люблю и поболтать, но сначала хотел бы послушать. Вы и сами знаете, что я ценю каждую минуту вашего ценного времени, потраченного на меня. Однако, это не повод беседовать впопыхах.

Достав портсигар, он сначала предложил сигарету даме, как и полагалось по приличиям, хотя ни разу еще не видел, как она курит.

- Я слыхал о каких-то таинственных происшествиях с бездомными, с участием некоей тени. И подробностей не знаю от слова совсем.

Отредактировано Доктор Тахион (2009-12-03 17:06:55)

Легкое покалывание в области мозжечка заставило Вилли в буквальном смысле слова вытаращится на доктора Тахиона. Вот значит какая эта ваша телепатия - он присел на место и приготовился вникать в рассказ, потому что тот обещал быть более чем просто интересным.
Если бы у него с собой был блокнот или хотя бы диктофон - но ни то ни другое он не успел прихватить, поэтому мотал на ус, старался запомнить как можно больше подробностей. В конце концов он так увлекся, что перестал вообще как либо реагировать на происходящее, и только изредка кивал головой как болванчик, то на слова Кристалис, то каким-то своим мыслям. 
Наверняка ему пришлось бы выложить кругленькую сумму за такую информацию, он тут сидит и мало того что обедает за чужой счет, так еще и готовится раскрыть самое таинственное дело последних лет.
Значит Туз, бывший актер-шарлатан. Да, Вилли не зря хвастался своей цепкой памятью, он сразу вспомнил яркие афиши гласившие о "наследнике Гуддини" и "великом иллюзионисте". Тогда он еще студентом как-то попал на представление. А потом какой-то скандальный журналист проник в труппу Эрла и раскрыл его секрет. Скандал был жуткий. Слава Стивенсона развеялась как сон златой, его заклеймили как неудачника и обманщика. Вилли тут же не преминул прикинуть, а мог бы он быть тем журналистом и твердо решил что смог бы. В мире появилось слишком много Тузов, вот почему настоящий талант стал цениться на вес золота.
Ну да, у Эрла были все мотивы скажем отомстить городу за то, что тот высмеял его и лишил славы, но не слишком ли хитроумную месть выбрал этот Стивенсон? В конце концов такие как он обычно закладывали бомбу и здания мэрии, или захватывали заложников, но зачем ему воровать бездомных?
Вилли немного тряхнул лохматой головой, когда женщина закончила свой рассказ. Наваждение вдруг развеялось, он снова сидел за столом перед недоеденным гамбургером и колой. Каким бы оптимистом парень не был, его профессия уже успела наложить на него пока еще незаметный, но неотвратимый след цинизма. Рано было пока радоваться, в конце концов все надо было сначала проверить, потому что глупо было бы считать Кристалис пророком от информаторов. Один рассказ на руках, к сожалению, никак не измерялся в зелененьких купюрах. По крайней мере в редакции.

- То есть вы думаете, что это проделки этого фокусника? - Вилли допил свою колу залпом. - Невероятно, что делает с людьми ущемленное чувство собственного достоинства. Ну тогда он настоящий псих и хорошо бы его поскорее поймать, а то может ему вскоре надоест воровать бездомных и он переключится на любителей пикников.

Дорогой мой Вильям, я никогда. ничего. не думаю. Я лишь передаю информацию. Мое мнение по тому или иному поводу - это только мое мнение, и узнать его может разве что доктор Тахион, если захочет, но доктор - джентльмен.

Кристалис отсалютовала такисианину бокалом и пригубила бурбон. Ей не очень нравилась манера Вильяма задавать вопросы. Так с ней обычно разговаривали журналисты во время интервью, пока она не пресекла эту пагубную практику и не перестала общаться с прессой. Впрочем, Тахион и не отрицал, что его собеседник - писака.

Надеюсь, ему хватит ума объяснить парнишке, что этот разговор - не для печатных страниц.

А вот Тахион как всегда оправдал надежды. То, что он рассказал Кристалис, было очень полезной информацией. И она будет стоить очень больших денег. Мысли стремительно завертелись в голове предприимчивой женщины.

бродяги пропадают... а другой бродяга находится, став жертвой вируса. Интересно, сильно ли обезображен. Посмотреть бы...  Есть одна идейка... надо бы проверить.

Но и это свое мнение Кристалис оставила при себе. Все желающие потом приобретут его за разумную плату.

ну, что же, доктор, я считаю, что у нас получился весьма выгодный обмен. Надеюсь, моя информация вам пригодится. Мне ваша по крайней мере пришлась ко двору.

И хозяйка "дворца" принялась доедать свой обед с чувством выполненного долга.

Трущобы, гадюшник, "рассадник упадочной культуры" - как только не называли родной Джонни-Джеймсу Джокертаун те чистенькие, богатенькие граждане из центра города, и этим они выводили великана из себя. Его гнали отовсюду, его забыли и похоронили даже в родном городке Олдживилль - месте, где он прожил два с лишним десятка лет! Да Джонни мог по памяти перечислить всех и каждого из его жителей - от его вечно ворчащей соседки Миссис Стэтлер, до самого последнего пьяницы Барри Ньюстеда, который каждую вторую пятницу месяца пропивал свою крошечную зарплату. Былые времена, они словно та же пыль - вот она есть, случайный порыв ветра - и её уже не вернуть назад, сколько ты не бегай с пинцетом.
-...Hangovers...- Хрипло проворчал Мертвец, сплевывая в открытое окно вязкую, горькую слюну в открытое окно своей машины, бодро летевшей по потрескавшемуся асфальту - в ней еще чувствовались отголоски выпитых литров дешевого виски и десятка заунывных песен.
-Не самое удачное выступление, только зря гитару настраивал...- Раздраженно потирал переносицу Джонни и в чем-то он был прав - полтора часа беспрерывных "Мери, что ушла от меня" и "Когда я потерял надежду" в компании еще не остывших ветеранов могли довести до мигрени даже священника. Сделав последнюю затяжку, Мертвец щелчком отправил тлеющий бычок на тротуар, запуская ему вслед воспоминания о вчерашнем выступлении.
Но были и приятные моменты - заплатили Джонни неплохо, и даже не смотря на то, что большая часть ушла в "заначку", у Мертвеца еще осталось, как раз на пару-тройку порций приличного виски. Именно приличного - не той дешевой браги, которую глотаешь словно лекарство от мигрени, а именно отличного, ароматного и до невозможности крепкого напитка. Такое пьется медленно - даже четверть стакана, при желании, можно растянуть на полчаса. Наверное, может выйти и подольше, но уж больно эта дрянь вкусная.
Впервые за день, Джонни-Джеймс улыбнулся своим мыслям, но тут же чертыхнулся - чуть не пролетев на своем Олдсмобиле нужный поворот, Мертвец чуть не снес тележку продавца с хотдогами, который не преминул бросить Джонни вдогонку парочку-другую ругательств.
-Нужно выпить, срочно!- Сделал поразительное умозаключение Джонни, заводя свою машину в последний поворот. Вот он - самый престижный клуб "Хрустальный дворец" - numero uno в списке Мертвеца. Лучшая сцена, лучшая публика и, что самое главное - лучшая оплата.
-А денек и не такой уж и плохой!- Настроение Мертвеца медленно, но неумолимо поднималось уже от одной мысли о качественной выпивке. Что уж там говорить о перспективе возможного заработка. Остановив машину, напротив клуба, Джонни-Джеймс, слегка пританцовывая, выбрался из салона и захлопнул дверь. Пораскинув мозгами, Мертвец решил захватить с собой свою гитару - спору нет, его знали неплохо как музыканта, и поэтому с гитарой у него было намного больше шансов быть узнанным. Прихватив с собой еще и небольшой металлический короб усилителя в сумке, Джонни толкнул стеклянные двери и с головой окунулся в атмосферу клуба.
-That's better...- Хищно улыбнулся Мертвец, обводя взглядом зал – до вечера еще было далеко, так что народу было не так много – в основном, излюбленные Джонни, беззаботные красавицы (по джокерским меркам, конечно же!) и их кавалеры, вяло подтанцовывавшие приглушенным ритмам не такого уж и плохого блюза.
-Oi, bartender, mate, налей-ка мне «Уолкера» со льдом и приглуши музыку.- Бросив пару десяток сверху стоимости выпивки, Джонни дождался пока бармен приглушит бесновавшегося в колонках Ли Льюиса и ударил по струнам:
-Gather ‘round, gather ‘round folk’s…- Зазывающее протянул Джонни, - Gather ‘round an’ listen to my story…
Конечно же – по началу Джонни-Джеймса удостоили лишь удивленными и, реже, заинтересованными взглядами. Но стоило ему подтянуть струны – самую малость, чтобы покрасоваться – и начать неторопливо перебирать пальцами по гитарному грифу, как обитатели зала начали по одному, по два подтягиваться к нему.
Медленные, мелодичные переборы ласкали слух, но ничуть не убаюкивали – каждая нота заставляла молодые и не очень сердца биться чуть быстрее. Когда же Джонни-Джеймс затянул своим, чуть хрипловатым, мягким басом протяжные напевы, можно было почти физически почувствовать, как следующий удар девичьих сердец оказался сильнее предыдущего:

I saw her from a distance,
As she walked up to the wall,
In her hand she held some flowers,
As her tears began to fall,
And she took out pen and paper,
As to trace her memories,
And she looked up to heaven
And the words she said were these...

Джонни задержался на секунду, дав струнам медленно замолчать, прежде чем снова ударить по ним, начав выводить все тот же, замысловатый, немного грустный, ритм:

Lord my boy was special,
And he meant so much to me,
And Oh I'd love to see him,
Just one more time you see,
All I have are the memories,
And the moments to recall…

Пять минут, ровно пять минут Джонни-Джеймс качал своих, пускай и не многочисленных слушателей, на ласковых волнах блюза. Те овации, которыми удостоили его те десять слушателей, были даже «слаще» чем рукоплескание целого оперного зала.
-Don’git loose, folk’s, может быть, еще порубим.- Отшучивался Джонни, подписывая салфетки и платки молоденьким поклонницам, признавшим в Мертвеце «Красавца» Джонни-Джеймса. Выведя последний росчерк очередной подписи для очередной Бэтти Мэйс, великан уселся на высокий табурет у барной стойки и, поставив свою гитару рядом, сделал первый глоток желанного виски.
-Для полного счастья не хватает только работы…

- До свидания, мисс! Приятно было познакомиться! - Вилли отсалютовал Кристалис, широко улыбнулся и спотыкаясь пошел за Тахионом, собирая за собой каждый пятый стул в зале. Он конечно не то чтобы боялся доктора (он вообще почему-то мало чего боялся в жизни, исключительно в силу отсутствия инстинкта самосохранения), но зато питал к нему уважение, и меньше всего хотел его потерять. Поэтому угрозу или предостережение воспринял в типичной для себя шутливой манере, и всерьез не воспринял. Поэтому только улыбнулся в ответ.
Ну раз доктор хочет, тогда он не будет публиковать информацию и тем более фотографии в завтрашнем выпуске, но он уж точно воспользуется всем этим, чтобы поглубже зарыться в это дело. А вот от публикации того, чего он отроет, Вилли отказываться не собирался.
- Пятьсот баксов, - с легкостью согласился Вилли, настраивая фотоаппарат и направляя объектив на доктора. - И я обещаю, что ничего из услышанного здесь не попадет в заголовки завтрашней газеты. Чтоб мне под землю провалиться если вру, - парень поднял правую руку ладонью вперед, а затем начертил пальцем невидимый крестик на груди.
- А теперь замрите! - репортер замер, выверяя экспозицию и сделал сразу несколько снимков, один за другим, озаряя полутемный зал яркими вспышками. - Ну вот и все, и совсем даже не больно. Спасибо вам. Не волнуйтесь, - он залихвацки улыбнулся доктору - тот тоже имел привычку слишком громко думать.
- У меня работа такая влипать в неприятности, вряд ли будет хуже чем есть на данный момент.
Они вышли на улицу, там-то Вилли и помахал доктору рукой.
- Удачи в медицинских начинаниях...О, совсем забыл! - парень порылся в рюкзаке и протянул доктору помятую бумажку, расписанную от руки. - Вот, моя визитка, если вдруг будет нужен фотограф на свадьбу..ну или там еще для чего - обращайтесь.
Вилли отдал визитку, но как деловой во всех смыслах человек, руку обратно не убрал.

Отредактировано Вильям Окренд (2009-12-11 13:13:36)

Тахион посмотрел на парня с заметным уважением. Ну да, улыбки улыбками, а цену знает. Однако, пятьсот долларов - это не миллион, вовсе даже не проблема выложить пять глупых бумажек, лишь бы не сводить человека с ума только для того чтобы он не сболтнул лишнего.
Посмеиваясь, он отсчитал деньги и в обмен на визитку переправил хрустящие бумажки в ладонь молодого журналиста.

- Надеюсь, когда вы захотите повидать меня еще разок, будете сначала стучаться в дверь. Я не прощаюсь, мой юный друг, теперь мы с вами считайте как братья, только по секретам. Надеюсь, вы выбросите мои неудачные фотографии, у меня иногда нос блестит.

Доктор постучал себя по носу, еще раз широко улыбнулся и послал даже дурашливый воздушный поцелуй, после чего не удержался и вернулся в кабак - все-таки ему хотелось взглянуть на тот интересный экземпляр, что услаждал им уши чудной музыкой, но выглядел, надо сказать, чуть более эстетично чем веосьминедельный труп на эксгумации.

Парень-джокер уже сидел за стойкой, и Тахион, хоть и не отличающийся стеснительностью, подсел к нему осторожно, в основном из-за того что не знал, каким поведением отличается этот экземпляр вообще.
Однако, любопытство, с которым он его разглядывал, уж точно не могло остаться незамеченным. К сожалению, доктор отнюдь не обладал памятью компьютера и всех своих пациентов не помнил, так что в данный момент пытался понять, был ли этот парень его клиентом или нет.

- Не поймите меня неправильно, но разрешите я потрогаю ваше лицо? - простодушно заявил он наконец.